Участники проекта:

Присоединяйтесь к нам!



Мы в Facebook




Мы в ВКонтакте



11.08.2017
Любителям почитать что-нибудь на татарском стоит обратить внимание на амбициозный проект волонтеров из Татарстана, которые перевели культовый роман «Гарри Поттер и философский камень» британской писательницы Джоан Роулинг на татарский язык.
07.08.2017
Жители Санкт-Петербурга предпочитают электронные книги бумажным. Их траты на книги из Сети выше, чем на обычные, в 3,8 раза.
07.08.2017
Фильм «Темная башня», снятый по мотивам книжной серии Стивена Кинга, стал лидером кинопроката в России и СНГ. Как сообщает Kinobusiness.com, за уикенд 3–6 августа картина с Идрисом Эльбой и Мэттью Макконахи собрала 263,1 млн руб.
07.08.2017
Как сообщила пресс-служба Государственного музея истории Петербурга, мемориальные мероприятия пройдут в музее-квартире А. Блока 7 августа – в день памяти поэта. Утром отсюда отправится автобусно-пешеходная экскурсия «Город мой неуловимый»: участникам покажут «блоковский» Петербург.
07_2017.jpg

Алексей Леонов: «Время первых. Судьба моя – я сам»

01.05.2017 12 апреля в Информационном агентстве ТАСС состоялась пресс-конференция дважды Героя Советского Союза легендарного летчика-космонавта Алексея Архиповича Леонова, первого человека в истории, совершившего выход в открытый космос. Встреча была приурочена ко Дню космонавтики и началу проката кинокартины Дмитрия Киселёва «Время первых». Алексей Архипович представил книгу воспоминаний «Время первых. Судьба моя – я сам». Специальными гостями встречи стали исполнитель главной роли актер Евгений Миронов и автор-составитель книги, дочь космонавта Оксана Леонова.



Алексей Леонов: «Время первых. Судьба моя – я сам»
– Алексей Архипович, это первая Ваша книга?

– Нет. Первая вышла, к сожалению, не в России, а за рубежом: в Испании, Англии, Франции, Германии. Французы выпустили «по горячим следам». Потом были альбомы. И для детей я две книжки написал и проиллюстрировал: «Выхожу в открытый космос» и «Солнечный ветер». Материал накапливался, но я не стал бы ничего с ним делать, если бы не Оксана, моя дочь.

Книга получилась дополнением к фильму, который сейчас вышел на экраны. В ней описано многое из того, что вы увидите. Все показать в фильме было просто невозможно, тогда нужно было бы снимать многосерийную картину. В реальном полете было страшнее. Но это нельзя показать: и технически, и очень нудно получится. К серьезным фильмам у нас народ не очень приучен, зрителю должно быть интересно.

Вопрос к Евгению Миронову: А Вы сразу согласились играть Леонова в картине?

– Вообще-то этот фильм – моя идея. Я увидел документальный фильм про полет, был потрясен этой историей и удивился, почему мы не сняли кино на эту тему. Тогда я и познакомился с Алексеем Архиповичем. Сначала мы сидели со сценаристом у него дома. Потом в качестве сопродюсера картины к нам присоединился Тимур Бекмамбетов. Честно говоря, мы не ожидали, что снять фильм о космосе такого уровня, на который мы замахнулись, будет настолько сложно. Тем не менее, нам удалось сделать картину на высоком техническом уровне так, чтобы ее пошло смотреть молодое поколение. Для меня это человеческая история, история дружбы, история сильного духа. Мне очень жалко, что в эту картину мы не смогли все вместить, законы жанра диктуют жесткие рамки, напряжение не должно спадать.

За время работы над фильмом я влюбился в Алексея Архиповича, очень непохожего на других космонавтов, и вообще на офицеров. Он очень творческий человек, и мне это близко как артисту. Моя мечта сделать продолжение фильма: во-первых, рассказать то, что мы не показали, а во-вторых, поведать об удивительных событиях, которые произошли дальше, про полет «Союз–Аполлон». Не на один фильм хватит эпизодов, которые произошли с Алексеем Архиповичем в космосе и из которых он героически и с честью вышел.

– Алексей Архипович, где Вы были 12 апреля 1961 года?

– 12 апреля 1961 года еще не было Центра управления полетами, и мы разъехались по разным станциям слежения. Я оказался на Камчатке, станция Елизово. Вел связь с Гагариным около семи минут. Вылететь в Москву мне удалось только 14 апреля. Я приезжаю на площадь Революции, и ничего не могу понять: вся Москва гуляет, кругом цветы, шарики. Я спрашиваю, что случилось. А мне говорят: «Гагарин, Гагарин в космос слетал! Мы его все встречали».

Мало, кто знает, что, когда полетел Гагарин, было подготовлено два заявления ТАСС. Одно пафосное, что мы стартовая площадка социализма и т.д., а второе: «Во время выполнения испытательного полета на корабле “Восток” майор Ю.А. Гагарин при столкновении с землей погиб. Вечная память герою».

Точно так же в 1965 году, когда после посадки нас не могли найти в тайге, Левитан уже записал сообщение ТАСС о нашей героической гибели. Сейчас после просмотра кадров фильма, которые об этом напомнили, действительно стало страшновато. Везде была какая-то грань, здесь прошли по лезвию, и здесь. Было состояние «ну, сколько же еще можно!» и снова авария.

Корабль, на котором должны были всё отработать, погиб. Поэтому мы полетели на опытном корабле. Его вывели не на запланированную высоту 350–390 км, а на 495 км. Орбиты всех кораблей «Восход» и «Союз» были рассчитаны так, что в случае отказа системы спуска естественное торможение должно было произойти в течение девяти суток. И ресурс жизнеобеспечения корабля на это рассчитан. А у нас была высота почти 500 км и ресурс на три дня. Естественное торможение на такой орбите – три года. До сих пор это мировой рекорд нахождения орбитальных кораблей по высоте.

В самом начале выхода в открытый космос я столкнулся с непредвиденным обстоятельством. Корабль должен быть четко сориентирован в пространстве, он жестко «стоит» на гироскопах. Солнце должно было светить мне в лицо, что создавало бы благоприятные условия для теле- и видеосъемки. Но когда я оттолкнулся от корабля, он начал вращаться. Значит, я попадал в очень опасную область – антенное поле. Эта новость меня обескуражила. А когда я отошел на всю длину фала, то увидел, что корабль занимает совсем не такое положение, как должен. Я стал резко выбирать фал, быстро пошел на корабль, оттолкнулся от него, и меня стало вращать. Нужно было поймать себя, остановить. Скафандр раздуло. В фильме это есть. На тренировках мы отрабатывали систему спасения, если я потеряю сознание. И я верил, что если что-то случится, то Беляев сделает все, что нужно. Но этого, к счастью, не потребовалось. В фильме из этого сделали очень напряженную сцену.

Все корабли садились в автоматическом режиме. Ручным управлением никогда не пользовались. У нас при отстреле шлюза датчики ориентации на Солнце закоптились и не работали. Ориентация корабля была смещена на 90 градусов, и автоматическая посадка была невозможна. И как спускаться? Королев сказал: «Я знаю экипаж, экипаж сделает все, чтобы спасти корабль и себя» – и разрешил ручную посадку.

В нашей картине впервые показана динамика возвращения корабля с орбиты. Это удалось записать, установив камеры на настоящей ракете.

Мне кажется, что фильм удался. Был сделан точный макет корабля, в котором создали все условия для съемки внутри. В настоящем «Восходе» это сделать было нельзя, ведь расстояние от головы до шлюзовой камеры всего 20 см. Что касается игры актеров – они мастера своего дела. Они воспроизвели то время.

Вопрос к Оксане Леоновой: Как создавалась Ваша книга?

– Я родилась, когда папа уже стал легендой. По образованию я переводчик-референт и в силу профессии имею возможность сопровождать Алексея Архиповича в его поездках и встречах. Интервью он дает часто и много и в России, и за рубежом. И мне пришла мысль, наверное, слишком поздно: все, что он говорит, нужно собирать и каким-то образом систематизировать. Далеко не все материалы вошли в эту книгу. Вполне вероятно, что в дальнейшем выйдет дополненное издание.

Записала Наталия Матвиевская
Фото автора