Участники проекта:

Присоединяйтесь к нам!



Мы в Facebook




Мы в ВКонтакте



28.04.2017
Дмитрий Медведев рассказал о своем пристрастии к чтению, отметив, что лишь одна из прочитанных им за год книг была в бумажном варианте, сообщает РИА Новости. «Честно говоря, лишь одна книга была напечатана. Все остальное, в силу определенных привычек, прочел в электронной форме», – сказал премьер-министр на культурном форуме «Единой России».
28.04.2017
Глава комитета Госдумы по культуре, режиссер Станислав Говорухин (фракция «Единая Россия») считает мифом утверждение о том, что СССР был самой читающей страной в мире. Об этом он заявил по итогам работы дискуссионной площадки «Культура и образование» на форуме «Единой России» в Омске.
28.04.2017
Российская книжная палата (РКП) в день своего 100-летия отмечает назревшую необходимость регистрировать и учитывать электронные издания в РФ. Соответствующий проект уже передан в Министерство связи и массовых коммуникаций, сообщила в беседе с корреспондентом ТАСС директор РКП Елена Ногина.
28.04.2017
В Сочи представлена книга о Данииле Квяте. В ней рассказывается о гоночной карьере 23-летнего российского пилота, начиная с картинга и заканчивая «Формулой-1»
05_2017.jpg

Тайный год

04.04.2017 Я царь или не царь?
Тайный год
Как известно, Иван Васильевич свою профессию не менял. Как-то раз он от нее попросту отказался, единолично бойкотировав все подответственное огромное государство. В сорок пять лет от роду Грозный, измученный тяжестью шапки Мономаха, променял Первопрестольную на Александрову слободу, а московский трон уступил «эрзац-государю», крещенному татарскому хану Симеону Бекбулатовичу. Уступил, правда, на время, чтобы, вернувшись к покаявшемуся неразумному народцу, сжать его в своих тиранских тисках еще крепче.

Самоизоляция государя – отличный повод для его рефлексии и глубокого анализа собственных деяний. Этим герой нового романа Михаила Гиголашвили и занимается. Увлеченно и затейливо. Казалось бы, про Ивана Грозного сказано и написано так много, что для очередного обращения к теме его биографии нужно какое-то действительно веское основание. И такое основание у Михаила Гиголашвили нашлось – новый своеобразный полуигровой псевдоархаичный язык, которым написан этот объемный роман. Мы не знаем, какие слова и обороты употреблял, размышляя и разговаривая, Иоанн IV, а также его подданные: аудио- и видеосвидетельства тех лет по понятным причинам отсутствуют. Но разве это имеет какое-то значение? Самое главное заключается в том, что автору удалось изобразить живописный мир, странным образом совпадающий с нашим представлениями о нем. Это жестокая и очень динамичная вселенная имеет в своем центре страшную и страстную личность, свято верящую в свою божественную исключительность. Чего стоит хотя бы приказ первого русского царя на века забыть о существовании «опришнины» и… самого себя, то есть государя Ивана Васильевича. Михаил Гигалошвили подарил читателям новый извод старой, но не теряющей актуальности истории, которая, конечно, не оставит равнодушными комментаторов российской истории, полярно расходящихся в своих мнениях.